В любом фантастическом фильме всегда самым интересным является то, как кинематографисты представляют себе будущее. Картины начала и середины двадцатого века умиляют нас своим зачастую наивным представлением о том, как люди должны жить сегодня: мечта часто отличается от реальности, но сами идеи иногда реализовывались на сто процентов. Правда, совсем в другом виде, нежели мечтали предки. Вспоминается, например, фильм о Гарри Поттере 2001 года, где герой, попав в дом своего приятеля Рона Уизли, с восхищением наблюдает, как щетка над раковиной сама чистит грязную посуду, а часы на стене показывают, где находятся члены семьи Уизли.
Нас умиляет наивность картинки, хотя давно уже никого не удивляют ни стиральные и посудомоечные машины в городских квартирах, ни «родительский режим» в телефонах, позволяющий видеть, где находятся отпрыски.
Еще интереснее наблюдать, как наше будущее представляли люди начала ХХ века, для которых сегодняшний технический прогресс — вещь и правда фантастическая.
Кондитерская фабрика «Эйнем» (нынешний «Красный Октябрь») еще в 1914 году выпустила серию футуристических открыток, на которых авторы запечатлели Москву такой, какой она, по их мнению, должна стать в XXII и XXIII столетиях: от 2114 года (карточка «Центральный вокзал») до 2259 года (карточка «Санкт-Петербургское шоссе»). На обратной стороне каждой открытки содержится сопроводительное описание рисунка. В 2010 году компания «Красный Октябрь», являющаяся правопреемником «Эйнем», перевыпустила данную серию, благодаря чему и мы можем сегодня увидеть этот раритет.
«Зима такая же, как и при нас 200 лет назад. Снег такой же белый и холодный. Центральный Вокзал Земных и Воздушных Путей Сообщения. Десятки тысяч приезжающих и уезжающих, все идет чрезвычайно быстро, планомерно и удобно. К услугам пассажиров — земля и воздух. Желающие могут двигаться с быстротою телеграмм».
«Кремль так же украшает древнюю Белокаменную и с золотыми куполами представляет феерическое зрелище. Тут же у Москворецкого моста мы видим новые огромные здания торговых предприятий, трестов, обществ, синдикатов и т. д. На фоне неба стройно скользят вагоны подвесной воздушной дороги…»
«Ясный вечер. Лубянская площадь. Синеву неба чертят четкие линии светящихся аэропланов, дирижаблей и вагонов воздушной дороги. Из-под мостовой площади вылетают длинные вагоны Московского Метрополитена, о котором при нас в 1914-м году только говорили. По мосту над Метрополитеном мы видим стройный отряд доблестного русского войска, сохранившего свою форму ещё с наших времен. В синем воздухе мы замечаем товарный дирижабль Эйнем, летающий в Тулу с запасом шоколада для розничных магазинов».
«Оживленные, шумные берега большой судоходной Москвы-реки. По прозрачным глубоким волнам широкого торгового порта несутся огромные транспортные и торговые крейсеры и многоэтажные пассажирские пароходы. Весь флот мира — исключительно торговый. Военный упразднен после мирного договора в Гааге. В шумной гавани видны разнохарактерные костюмы всех народов земного шарa, ибо Москва-река сделалась мировым торговым портом».
«Мы переносимся мысленно в Петровский парк. Аллеи расширены до неузнаваемости. Древний Петровский дворец реставрирован, и в нём сосредоточен Музей Петровской эпохи. Повсюду бьют, сверкая, дивные фонтаны. Лишенный микробов и пыли, совершенно чистый воздух прорезывают дирижабли и аэропланы. Толпы людей в ярких костюмах XXIII века наслаждаются дивной природою на том же месте, где, бывало, гуляли мы, пра-пра-прадеды».
«Красная площадь. Шум крыльев, звон трамваев, рожки велосипедистов, сирены автомобилей, треск моторов, крики публики. Минин и Пожарский. Тени дирижаблей. В центре — полицейский с саблей. Робкие пешеходы спасаются на лобном месте. Так будет лет через 200».
«Красивая ясная зима 2259-го года. Уголок «старой» веселящейся Москвы, древний «Яр» по-прежнему служит местом широкого веселья москвичей, как было и при нас 300 с лишним лет тому назад. Для удобства и приятности сообщения Санкт-Петербургское шоссе целиком превращено в кристально-ледяное зеркало, по которому летят, скользя, изящные аэросани. Тут же на маленьких аэросалазках шмыгают традиционные сбитенщики и продавцы горячих аэросаек. И в XXIII веке Москва верна своим обычаям».
«Театральная площадь. Темп жизни усилился в сто раз. Всюду молниеносное движение колесных, крылатых, пропеллерных и прочих аппаратов. Существовавший ещё в 1846 году Торговый дом Мюр и Мерлиз в настоящее время разросся до баснословных размеров, причем главные отделы его соединены с воздушными железными дорогами. Из-под мостовой вылетают многочисленные моторы. Где-то вдали пожар. Мы видим автомобильную пожарную команду, которая через мгновение прекратит бедствие. На пожар же спешат бипланы, монопланы и множество воздушных пролёток».
Елена Булова.
На фото: открытки компании «Красный Октябрь» 2010 года.