fbpx
Евгений Бодров, пилот, фото МАЦ

Слышите стрекот вертолета в небе? Это означает, что где-то случилась беда, и вертолеты Московского авиационного центра торопятся туда. Ка-32 — универсальная великолепная машина, способная потушить пожар или привезти тяжелое оборудование, или легкий ВК117С-2, чья основная задача — эвакуация в больницы.

вертолет, фото МАЦ

А управляют этими великолепными машинами простые люди. Сегодня мы расскажем об одном из ветеранов Московского авиацентра — Евгении Анатольевиче Бодрове. Евгений Бодров проработал в учреждении без малого семнадцать лет, недавно уволился по состоянию здоровья. Можно сказать, что стоял у самых его истоков — Московский авиацентр был создан в мае 2003 года, а Евгений Анатольевич пришел туда в сентябре 2004.

— До авиацентра, я работал администратором на НТВ, уволился, был как-то не у дел. И тут мой друг, с которым мы заканчивали училище, полковник, рассказал, что есть такой центр и посоветовал туда обратиться, – рассказывает Евгений.

Училище, о котором идет речь — Сызранское высшее военное авиационное училище. В авиацию Евгений пошел по стопам отца. Помните фильм «Бриллиантовая рука», когда «Москвич» с преступниками и Никулиным в багажнике подхватывает и поднимает вертолет? Так вот, в кабине этого вертолета сидел Анатолий Бодров, отец Евгения. Надо ли говорить, что этот фильм у его сына — самый любимый?

После обучения Евгений Бодров служил в армии, освоил пять разных типов вертолетов, был инструктором, прекрасно изучил особенности полета во всех метеоусловиях. Есть у него и повод для гордости — он выполнял в горах полеты на вертолете с тяжелым (2,5 тонны!) грузом на внешней подвеске. Никто не брался за эту задачу, кроме Евгения Бодрова. После этого Евгений Бодров был награжден орденом «За службу Родине».

Евгений Бодров, пилот, фото МАЦ

И навыки подобных экстремальных полетов пригодились ему в столице. Справился ночью в горах — справится и в мегаполисе. Ведь авиационные работы в столице еще сложнее — высотные дома, провода и растяжки – такое под силу лишь лучшим из лучших.

Неудивительно, что руководство Московского авиационного центра, просмотрев его послужной список, тут же взяло пилота на работу.

Разумеется, перерыв был, но навыки восстановились быстро — по словам Евгения, на это потребовалось всего две полетных смены. Тем более, что с соосными вертолетами (какими являются Ка-32А) он был хорошо знаком по армии. «Берем, и никаких проблем», – сказал командир летного отряда.

Своей самой большой любовью Евгений называет Ка-29, транспортно-боевую машину для высадки и поддержки десанта с моря. «Впрочем, летать прекрасно на всем», — считает он.

вертолет, фото МАЦ

— У соосных вертолетов есть свои особенности, — рассказывает Евгений Бодров. – По сравнению с МИ-8, например, это совсем другая в управлении машина. Я, как инструктор, переучил двоих летчиков — которые впоследствии стали Героями Российской Федерации — с Ми на Ка.

Есть свои особенности и в работе вертолетов в городских условиях. Разумеется, прежде всего надо хорошо знать город. У Евгения с этих проблем не было: достаточно было узнать от диспетчера ближайшую станцию метро.

– Пожалуй, главное — это забор воды, необходимо знать места, где можно взять воду, — поясняет Евгений Бодров. — Заход на забор должен быть безопасным. Ну, и взлет, чтобы по его направлению не было препятствий — ведь машина тяжелая, поднять ее надо быстро. А еще необходимо строить маршрут покороче, потому что, когда пожар, народ ждет помощи. Кататься времени нет.

В теплое время года в столице, по словам ветерана Московского авиацентра, с водой проблем нет. Для ее забора глубина водоема должна быть полтора-два метра, поэтому тут сгодится любой городской источник. Брали воду из пруда на Дмитровском шоссе, когда в 2006 году горела фабрика, брали воду из Лефортовских прудов, когда горел музей Грабаря в 2010 году.

Зимой сложнее: пруды замерзают. К счастью, не замерзает Москва-река, поэтому летают к ней. Евгений вспоминает: в 2015 году был пожар на мяскомбинате в районе Апрелевки. Пожар был как раз перед Крещением. И пилоты Московского авиационного центра брали воду из крещенских прорубей.

За годы службы у Евгения было несколько десятков вылетов на ЧС — в основном это пожары. Только в 2010 году было по два-три вылета в день. Самый запоминающийся, конечно, — это вылет на тушение Москва-Сити, пожар в Башне Федерация в апреле 2012 года. Тушить пришлось ночью и это, по словам Евгения Бодрова, было не очень приятно.

Евгений Бодров, пилот, фото МАЦ

Запомнился также пожар в 2019 году на Варшавском шоссе — его площадь была 3 тысячи квадратных метров. Стоял декабрь, Евгений полетел в Царицыно — а там все пруды замерзли. На льду сидели рыбаки. Евгений покрутился, покрутился, попытался зачерпнуть из фонтана — а там всего метр. Пришлось лететь в Марьино, а это далеко — один рейс занял 7 минут.

Кроме пожаров, приходилось Евгению заниматься и эвакуацией пострадавших. Например, в 2014 году, когда на перегоне между станциями «Парк Победы» и «Славянский бульвар» три вагона сошли с рельс. Обычно эвакуацией занимаются вертолеты ВК117С-2, но на этот раз пострадавших было так много, что подняли на крыло (точнее на винт) всех.

— Вообще, каждый вылет имеет свои трудности и всегда надо дружить с головой, — резюмирует он. — Всегда настороже, всегда с оттопыренными ушами и всегда быть готовым к определенным действиям.

Евгений очень доволен тем, что он работал в Московском авиацентре. — У меня в Москве живут сын, дочка и четыре внука. И они очень гордятся тем, что я летал и помогал людям, — добавляет он.

Своим сослуживцам пилот хочет пожелать летать долго, летать безаварийно и быть счастливым. «Счастье — это сознавать, что ты летаешь не просто так, для собственного удовольствия, а помогаешь людям».

Майя ПЧЁЛКИНА.