Слышите стрекот вертолета в небе? Это означает, что где-то случилась беда, и вертолеты Московского авиационного центра торопятся туда. Ка-32 — универсальная великолепная машина, способная потушить пожар или привезти тяжелое оборудование, или легкий ВК117С-2, чья основная задача — эвакуация в больницы.
А управляют этими великолепными машинами простые люди. Сегодня мы расскажем об одном из ветеранов Московского авиацентра — Евгении Анатольевиче Бодрове. Евгений Бодров проработал в учреждении без малого семнадцать лет, недавно уволился по состоянию здоровья. Можно сказать, что стоял у самых его истоков — Московский авиацентр был создан в мае 2003 года, а Евгений Анатольевич пришел туда в сентябре 2004.
— До авиацентра, я работал администратором на НТВ, уволился, был как-то не у дел. И тут мой друг, с которым мы заканчивали училище, полковник, рассказал, что есть такой центр и посоветовал туда обратиться, — рассказывает Евгений.
Училище, о котором идет речь — Сызранское высшее военное авиационное училище. В авиацию Евгений пошел по стопам отца. Помните фильм «Бриллиантовая рука», когда «Москвич» с преступниками и Никулиным в багажнике подхватывает и поднимает вертолет? Так вот, в кабине этого вертолета сидел Анатолий Бодров, отец Евгения. Надо ли говорить, что этот фильм у его сына — самый любимый?
После обучения Евгений Бодров служил в армии, освоил пять разных типов вертолетов, был инструктором, прекрасно изучил особенности полета во всех метеоусловиях. Есть у него и повод для гордости — он выполнял в горах полеты на вертолете с тяжелым (2,5 тонны!) грузом на внешней подвеске. Никто не брался за эту задачу, кроме Евгения Бодрова. После этого Евгений Бодров был награжден орденом «За службу Родине».
И навыки подобных экстремальных полетов пригодились ему в столице. Справился ночью в горах — справится и в мегаполисе. Ведь авиационные работы в столице еще сложнее — высотные дома, провода и растяжки – такое под силу лишь лучшим из лучших.
Неудивительно, что руководство Московского авиационного центра, просмотрев его послужной список, тут же взяло пилота на работу.
Разумеется, перерыв был, но навыки восстановились быстро — по словам Евгения, на это потребовалось всего две полетных смены. Тем более, что с соосными вертолетами (какими являются Ка-32А) он был хорошо знаком по армии. «Берем, и никаких проблем», — сказал командир летного отряда.
Своей самой большой любовью Евгений называет Ка-29, транспортно-боевую машину для высадки и поддержки десанта с моря. «Впрочем, летать прекрасно на всем», — считает он.
— У соосных вертолетов есть свои особенности, — рассказывает Евгений Бодров. — По сравнению с МИ-8, например, это совсем другая в управлении машина. Я, как инструктор, переучил двоих летчиков — которые впоследствии стали Героями Российской Федерации — с Ми на Ка.
Есть свои особенности и в работе вертолетов в городских условиях. Разумеется, прежде всего надо хорошо знать город. У Евгения с этих проблем не было: достаточно было узнать от диспетчера ближайшую станцию метро.
— Пожалуй, главное — это забор воды, необходимо знать места, где можно взять воду, — поясняет Евгений Бодров. — Заход на забор должен быть безопасным. Ну, и взлет, чтобы по его направлению не было препятствий — ведь машина тяжелая, поднять ее надо быстро. А еще необходимо строить маршрут покороче, потому что, когда пожар, народ ждет помощи. Кататься времени нет.
В теплое время года в столице, по словам ветерана Московского авиацентра, с водой проблем нет. Для ее забора глубина водоема должна быть полтора-два метра, поэтому тут сгодится любой городской источник. Брали воду из пруда на Дмитровском шоссе, когда в 2006 году горела фабрика, брали воду из Лефортовских прудов, когда горел музей Грабаря в 2010 году.
Зимой сложнее: пруды замерзают. К счастью, не замерзает Москва-река, поэтому летают к ней. Евгений вспоминает: в 2015 году был пожар на мяскомбинате в районе Апрелевки. Пожар был как раз перед Крещением. И пилоты Московского авиационного центра брали воду из крещенских прорубей.
За годы службы у Евгения было несколько десятков вылетов на ЧС — в основном это пожары. Только в 2010 году было по два-три вылета в день. Самый запоминающийся, конечно, — это вылет на тушение Москва-Сити, пожар в Башне Федерация в апреле 2012 года. Тушить пришлось ночью и это, по словам Евгения Бодрова, было не очень приятно.
Запомнился также пожар в 2019 году на Варшавском шоссе — его площадь была 3 тысячи квадратных метров. Стоял декабрь, Евгений полетел в Царицыно — а там все пруды замерзли. На льду сидели рыбаки. Евгений покрутился, покрутился, попытался зачерпнуть из фонтана — а там всего метр. Пришлось лететь в Марьино, а это далеко — один рейс занял 7 минут.
Кроме пожаров, приходилось Евгению заниматься и эвакуацией пострадавших. Например, в 2014 году, когда на перегоне между станциями «Парк Победы» и «Славянский бульвар» три вагона сошли с рельс. Обычно эвакуацией занимаются вертолеты ВК117С-2, но на этот раз пострадавших было так много, что подняли на крыло (точнее на винт) всех.
— Вообще, каждый вылет имеет свои трудности и всегда надо дружить с головой, — резюмирует он. — Всегда настороже, всегда с оттопыренными ушами и всегда быть готовым к определенным действиям.
Евгений очень доволен тем, что он работал в Московском авиацентре. — У меня в Москве живут сын, дочка и четыре внука. И они очень гордятся тем, что я летал и помогал людям, — добавляет он.
Своим сослуживцам пилот хочет пожелать летать долго, летать безаварийно и быть счастливым. «Счастье — это сознавать, что ты летаешь не просто так, для собственного удовольствия, а помогаешь людям».
Майя ПЧЁЛКИНА.