В тихом уголке Москвы, там, где шум города приглушается шепотом веков, стоит удивительное здание. Прохожие видят нарядный дворец в стиле барокко, но мало кто догадывается, какие страницы истории скрыты за его фасадом.
Это Загородный дворец императрицы Елизаветы Петровны, чья история началась задолго до ее рождения и продолжается сегодня в стенах Государственного научно-исследовательского института реставрации.
В этом месте каждая эпоха оставила свой след, а истина рождается в спорах краеведов и тишине реставрационных мастерских.
Село, подаренное и отобранное
История этого места глубже, чем кажется. Еще при Иване Грозном, в 1573 году, было впервые упомянуто село Рубцово. Царь пожаловал его своему стольнику и близкому человеку, Протасию Васильевичу Юрьеву. Но милость грозного царя была переменчива: всего через два года Юрьев был обвинен в измене, сослан или казнен, однако село осталось за его родом.
Через родственные связи оно перешло к Романовым — к деду первого царя из их династии, Михаила Фёдоровича. В Смутное время, переезжая в Москву, молодой государь направился не куда-нибудь, а именно в это родовое гнездо. С этого момента началась бурная жизнь скромного подмосковного села, ставшего царской резиденцией.
При Михаиле Фёдоровиче здесь началась активная работа. Построили царские палаты и хозяйственный двор. На маленькой речке-«гнилушке» сделали плотину и превратили её в большой Рыбинский пруд, где разводили необычную рыбу. Также построили два храма, один из которых — каменный храм Покрова Пресвятой Богородицы (1626 год) — сохранился до сих пор и является редким памятником архитектуры XVII века. Михаил Фёдорович разбил здесь сады и оранжереи, где, по преданию, впервые в таких масштабах стали выращивать розы и экзотические фрукты. Это был первый «золотой век» усадьбы.
Елизавета Петровна в Покровском
Со смертью Михаила Фёдоровича дворец на время пришёл в запустение. Его сын Алексей Михайлович предпочитает Измайлово и Преображенское. Второе дыхание усадьба обретает при его дочери, будущей императрице Елизавете Петровне.
Именно здесь, вдали от большой политики и петербургского двора, она проводит годы своей юности и вынужденного затворничества, пока у власти находится Анна Иоанновна. Историки пишут, что жизнь она вела простую и скромную: благоустраивала сад, общалась с крестьянами, устраивала народные гулянья. Покровский дворец стал для нее тихой гаванью, где формировался характер будущей самодержицы.
От той эпохи до нас дошли лишь фрагменты. «Сохранилось двухэтажное основание с подвалами, — рассказал специалист научно-организационного отдела ГОСНИИР Виктор Козловских. — Основная планировка — коридор и анфилады комнат». Архивные данные рисуют запутанную картину постоянных перестроек, и подлинный облик дворца времен Елизаветы до сих пор является предметом исследований.
Железная дорога и община сестер милосердия
Следующий ключевой этап в жизни дворца наступил в середине XIX века и связан не с царями, а с игуменьей Митрофанией (Розен). Продление железной дороги разделило территорию усадьбы надвое: храм Покрова остался по одну сторону путей, а дворец — по другую. Центральный вход пришлось перенести.
В 1870-е годы здание перешло к Покровской общине сестер милосердия. Новая хозяйка надстроила деревянные боковые флигели и третий этаж, где устроила домовую церковь. Фрески на задней стене одного из залов — немые свидетели того времени.
Община превратила место в центр просвещения и милосердия: были открыты школа, больница — то самое знаменитое красное здание, что и сегодня стоит неподалеку. Это был третий период расцвета бывшей царской резиденции.
Во времена Советского Союза
Революция 1917 года изгнала сестер милосердия. Великолепные залы были превращены в коммунальные квартиры. «Все комнаты разгородили перегородками, — рассказал Виктор Козловских. — Насыщенное активное использование не способствовало сохранению интерьеров… паркеты были практически уничтожены».
Люди жили здесь вплоть до 1978 года. Затем здание заняло военное ведомство, которое провело свою реконструкцию: установило мощные перекрытия и мраморные лестницы. А в 1990-е годы сюда пришли реставраторы.
Лаборатория в стенах дворца
Сегодня в стенах Покровского дворца кипит уникальная работа. Здесь расположен Государственный научно-исследовательский институт реставрации. Это государство в государстве, где под одной крышей собраны лучшие специалисты по спасению культурного наследия. Отдел темперной живописи вот уже 65 лет возвращает к жизни древние иконы. Отдел масляной живописи («маслята») — гордость центра. Именно они работали с портретами кисти Рокотова, а сейчас одновременно реставрируют три портрета Петра I. Отдел графики — один из самых уважаемых в стране. Сюда музеи везут свои раритеты «по любви», а не по разнарядке. Отдел скульптуры и камня занимался реставрацией порталов Архангельского собора в Кремле.
«У нас нет постоянного потока работы, — говорят в институте. — Музей, который хочет работать с нашими специалистами, приносит нам предметы». Здесь нет конвейера — здесь много тяжелой работы, научный подход и любовь к своему делу.
Эхо прошедших эпох
Прогуливаясь по дворцу сегодня, можно прикоснуться к этим слоям истории. Два окна в одном из залов — это остаток изначальной стены XVIII века, которую не тронули при надстройке третьего этажа. Здесь можно разглядеть даже полихромную роспись, которую научная реставрация бережно сохранила, в отличие от «строительной», где все просто забеливают.
История Покровского дворца — это живой, непрерывный процесс. «История движется, — резюмирует лектор. — И есть какие-то вещи, которые мы точно знаем… Но более древние века ждут своего пытливого исследователя».
Дворец Елизаветы Петровны — больше, чем памятник архитектуры. Это живой организм, где поиск исторической истины продолжается в спорах ученых и кропотливой работе реставраторов, возвращающих к жизни не только стены, но и саму память об этом месте.
Юлия Смагринская.
Фото автора