fbpx
космос и мусор

Александр Краснов: «Проблема переработки отходов сейчас важнее, чем космос или спорт»

Известный российский политик Александр Краснов в прошлом серьезно занимался наукой. О глобальной проблеме утилизации отходов инженер-геофизик может говорить, опираясь на фундаментальные знания. У Александра Викторовича на эту тему свой, непредвзятый взгляд. Об этом – наша беседа.

Утилизация: что мы о ней знаем?

утилизация отходов

– Александр Викторович, в историческом аспекте, когда возникла проблема утилизации мусора?

– С началом технического прогресса появились новые материалы, требующие особых условий утилизации и переработки. Объемы потребления, в связи с ростом промышленного производства и увеличением плотности населения, ежегодно увеличиваются, что вызывает рост количества отходов. Их надо куда-то девать, и этот процесс, собственно, и является утилизацией отходов, который требует новых технологических подходов и решений.

– В общественном сознании есть некоторая путаница в терминах, можно ли дать максимально простые определения составляющих процесса сбора мусора?

– После отделения полезной составляющей (продовольствие, одежда, предметы обихода и т.п.) мусор в идеале должен быть разделен на следующие категории:
– металлы;
– стеклобой;
– органика, пригодная для удобрений;
– целлюлоза (картон, бумага, тряпки);
– пластик;
– сгораемый несортируемый остаток (в основном дерево);
– несгораемый несортируемый остаток (в основном бетон, гипс и пр.).

Парадокс процесса заключается в том, что на первом этапе нетерпеливая психика человека заставляет его суммировать все отходы в одном месте для избавления от них одномоментно и навсегда (еще до мусорного контейнера).

Смешивая разные типы мусора, человек сам себе создает трудности в экономически приемлемых вариантах утилизации. Очевидно, что раздельный сбор мусора является современным императивом и радикально снижает расходы.

Очевидно, что идеал, как обычно, недостижим в силу многих причин. Поэтому в любом случае после раздельного сбора требуется процесс сортировки, который уже выполняют коммунальные службы. Далее наступает процесс прессования, упаковки и транспортировки различных компонентов мусора по различным направлениям технологической цепи.
Металл – на переплавку на металлургических предприятиях.

Стеклобой – на вторичную переработку.

Органика – на фабрику удобрений.

Целлюлоза – на вторичное использование.

Пластик – на вторичное использование.

Сгораемый несортируемый остаток – на некий вариант сжигания (тут, кроется опасность появления ядовитых веществ, но об этом скажу чуть позже).

Несгораемый несортируемый остаток – в горно-техническую стадию строительных работ для отсыпки.

Все это требует разных подходов к транспортировке и маркетингу. Ядовитая зольная часть несортируемого сгораемого остатка требует захоронения на участках с соответствующими геологическими условиями и гидрогеологическим режимом. Туда же часто захоранивают и несгораемый несортируемый остаток при его избытке на рынке.

Судьба материалов после переработки выходит за пределы моего ответа, потому что это уже судьба новых товаров.

– Каков же масштаб этого процесса для Москвы?

– Здесь лучше опираться на эмпирические знания. Один человек выбрасывает в сутки суммарно около 1 кг мусора. При реальной численности жителей Москвы в 15 млн. человек получается не менее 15 тыс. тонн в сутки, не считая промышленности и других объектов хозяйственной деятельности. Да и Подмосковье добавляет свои 5 тыс. тонн в сутки. Повторяю для невнимательных – минимум 20 тыс. тонн (тысяча ж/д вагонов) в сутки. Если пропустить 1 день – 40 тыс. тонн, 2 дня – 60 тыс. тонн …..

Что касается финансовой составляющей, то при идеальном раздельном сборе и рациональном подходе к переработке можно стремиться к 1 рублю за 1 кг, т.е. 30 руб. с человека в месяц. Это посильная цифра. Когда начнем разделять отходы, и превратятся ли они в доходы?

раздельный мусор

– Так почему раздельный сбор мусора не становится масштабным проектом?

– Здесь кроется серьезная логическая ошибка, если полагать, что раздельный сбор начинается с разноцветных бачков. Это только сам мусор идет от жителя к месту захоронения зольных остатков. Технология с соответствующей пропускной способностью строится в противоположном направлении.

Сначала необходимо выявить участки с подходящим геологическим строением и гидрогеологическим режимом. Затем определяют размещение санитарных зон с минимальными затратами на переселение деревень и хуторов. Только после этого определяются с логистикой (дороги, ж/д пути) на основе экономики транспортировки. Далее строится перерабатывающее предприятие на основе высокотемпературной плазмы (6000°C), исключающее образование вредных веществ типа диоксинов.

Одновременно определяются и тестируются предприятия по закупке вторсырья всех типов после сортировки. Следующий этап – строительство сортировочного завода эстетичного облика в стесненных городских условиях.

Только после этого можно ставить разноцветные бачки и проводить разъяснительную работу с населением. Все другие варианты, как минимум, бесполезны и, как максимум, опасны для окружающей среды из-за технологических сбоев в гигантских масштабах. Это все равно, что модернизацию сети хоз-фекальной канализации начинать с разноцветных унитазов.
Именно раздельная схема сбора мусора позволяет существенно снизить расходы на сортировку и переработку, вплоть до получения прибыли от торговли вторсырьем.

– В чем опасность существующих предложений от региональных операторов по утилизации мусора?

– На мой взгляд, проблем несколько.

Проблема № 1

Существующие места захоронения зольных остатков и несортируемой части мусора (сейчас это чудовищная величина) предложены бенефициарами процесса из соображений дешевизны покупки с последующим обоснованием безопасности уже на коррупционной основе. Этот вопрос должен решаться Министерством природных ресурсов без частной выгоды.

Сейчас атмосферные осадки проходят через массу отходов всех сортов сверху вниз и попадают в водоносные горизонты, далее – в водозаборы (пример – новый Мячковский полигон). Случайно подходящие по качеству полигоны (Малинки, например) подвергаются критике популистами.

Проблема № 2

Региональные операторы ориентируются на минимизацию расходов, увеличение личной прибыли с горизонтом планирования 3–5 лет (срок жизни руководителя регионального оператора на посту). Поэтому попытки пересортицы сжигающих установок на дешевые низкотемпературные (1200 градусов по Цельсию) обязательны и образование веществ типа диоксинов неизбежны. Фильтры также «оптимизируются» из-за очевидной дороговизны и… пожалуйста, в ад. В этой ситуации экономить на здоровье нельзя. Методологически этим должны заниматься несменяемые десятилетиями чиновники с опытом расхода колоссальных сумм московского бюджета с гарантированным (пусть и не всегда экономным) результатом. Этот тип людей представлен в московском правительстве Петром Бирюковым, который в силу своего психотипа оттопчет пятки всем оппонентам, вышибет деньги из бюджета и потратит их на современные – дорогие, но безопасные технологии.

Проблема № 3

Организационная. При переходе на новую технологическую цепочку важно построить ее, протестировать, запустить в полном объеме и только после этого демонтировать старую, включая околомосковские гигантские полигоны типа Старбеево, Солнцево. Здесь уж точно региональные операторы вместе с их Федеральным агентством не работники. Даже представить себе масштаб рукотворной катастрофы из-за эффективных «манагеров» страшно. Например, они не допустят частников в те области, где процесс переработки эффективен (прессование, сортировка, переработка, прием материалов, стеклобоя, органики, пластика и т. п.).

Ужасы дезорганизации в этой сфере абсолютно реальны.

– Можно ли поподробнее о геологическом строении Новой Москвы?

Если исходить из необходимости мощного водоупора, для захоронения ядовитых зольных остатков и несортируемого мусора, то лучший кандидат – глины юрского периода, мощность которого достигает 40 метров. Это позволяет делать объемные карьеры и волновым способом двигаться многие годы не опасаясь проникновения фильтрата в водоносные горизонты. С другой стороны, глиняный замок позволяет отводить мусорные газы на сжигание. Участки распространения юрских глин обширны в Новой Москве, что позволяет размещать объекты вдали от МКАД, который является естественной границей плотной городской застройки.

Ведь прирезали территорию до Калужской области для экономии бюджета города. И не потребуется вывозить мусор в Архангельскую область.

сбор мусора

В Подмосковье для локальных могильников есть глины и другого возраста меньшей мощности.

Осторожно, диоксины!

– Какие еще виды загрязнения возможны при старых мусоросжигающих заводах?

– Конечно, продукты низкотемпературного сжигания попадают в воздух и в соответствии с розой ветров разносятся по области. Там где осаждаются – заражают почву. Этот процесс должен быть абсолютно исключен. В крайнем случае – возможно простое захоронение, если нет совсем денег. И, конечно, совсем как издевка звучит разговор о получении электроэнергии при сжигании мусора. Это аналог печей Освенцима и цинизм тут просто запределен. Это же самые большие враги не додумаются – с помощью низкотемпературного горения произвести целое семейство диоксинов (ядов и канцерогенов) и сэкономить на фильтрах для очистки дыма.

Генеральный директор корпорации «Ростех» Сергей Чемезов и бизнесмен Андрей Шипелов за одну эту мысль должны извиниться. Это не бизнес, а криминальная деятельность по своей идеологии.

– Как же мы дошли до такой жизни?

– Тема утилизации мусора нарастала по мере увеличения населения Москвы и изменениям упаковки в промышленности. Руководители прохлопали эту ситуацию технологически и системно. Поэтому популистское решение о закрытии Балашихинского полигона произвело лавинный эффект, который проявит себя уже в начале этого лета. Да и решение о региональных операторах и кадровая политика на Федеральном уровне добавили проблем.

– Где выход?

– Это не смешно, но выход сейчас в чрезвычайке. Когда-то Россия несравненно более сложный атомный проект сделала, и с этим справиться можно. Нужны очень жесткие меры на срок около года. Иначе наше чиновничество не заставить шевелиться. В частности, вопросы с министерством природных ресурсов, закупки земельных участков, ряд волевых решений о закупке оборудования, развязка конфликта Москвы и области – все это тормозит решение проблемы. А ее нужно решать мгновенно, потому что времени нет.

И еще один неприятный момент: серьезные кадровые решения необходимо принять по сегодняшним ответственным работникам за провал работы, такое не должно повторяться. И доверять эту работу финансистам-схемотехникам недопустимо. Это важнее для общества, чем космос или спорт.

P. S. Проблема утилизации мусорных отходов будет продолжена на страницах нашего издания, мы бы хотели привлечь к ней экспертов, чиновников, общественность.
А пока еще несколько фактов из досье МП: в Тихом океане сформировалось Большое мусорное пятно, состоящее целиком из пластика. Его площадь оценивается от 700 тысяч до 1,5 млн кв. км. Такие же мусорные пятна есть в Индийском и Атлантическом океанах. Может, пора серьезней взяться за эту проблему, пока не поздно?

Нина ДОНСКИХ.

Фото из открытых источников.

Читайте также:

Не путайте унитаз и мусорное ведро!

 С 1 января 2019 года меняется система сбора мусора

А австрийская столица сжигать мусор не боится!

Метка: Александр Краснов